Реформистский иудаизм в России: от прошлого к настоящему // Материалы международной научной конференции памяти В. А. Якобсона 17 апреля 2016 г.

Скачать PDF

Реформистский (прогрессивный) иудаизм возник в Германии в на­чале XIX в. под влиянием идей Гаскалы1. В Российской империи это течение начало распространяться уже в 1840-е гг. Особая роль в этом принадлежит И. Тарнополю — одесскому коммерсанту и обществен­ному деятелю, считавшему, что иудаизм нуждается в «умеренной и осмотрительной реформе» и предлагавшему некоторые изменения в облике синагоги и порядке литургии. Смелее действовал писатель и исследователь Л. Мандельштам, предлагавший внести изменения в богослужебные тексты. Это были первые шаги, а более радикальные перемены предлагали М. Лилиенблюм и И. Гордон.

Синагоги, в которых литургия была так или иначе модернизиро­вана, возникли в ряде городов Российской империи (Риге, Харькове, Вильне и др.), но центром движения за реформу иудаизма стала Одес­са. Там возникла знаменитая Бродская синагога, ставшая центром ре­формы иудаизма в России. Однако, несмотря на определенные успе­хи, реформистский иудаизм не получил большого распространения. Его «продвижению» мешали отношение ортодоксальных раввинов, в целом негативное мнение относительно реформ, распространенное в еврейской массе и др.2

После долгого перерыва в СССР в поздние 1980-е гг. реформист­ский иудаизм начал возрождаться. В 1988 г. в Москве была зареги­стрирована первая община прогрессивного иудаизма3.

Многим еврейским активистам в 1990-е гг. представлялось, что реформизм на постсоветском пространстве имеет серьезные перспек­тивы. Этому могли способствовать далеко зашедшие процессы секу­ляризации и аккультурации евреев бывшего СССР, трудности соблю­дения многих предписаний ортодоксального иудаизма в нееврейском окружении, а также рост числа смешанных браков, потомки кото­рых — негалахические евреи — не признаются евреями в ортодоксаль­ном иудаизме (в то время как их численность превышает численность галахических потомков смешанных браков4). Несмотря на это, из-за отсутствия серьезной финансовой поддержки, организационных про­счетов и консерватизма российского еврейства реформизм пока не по­лучил широкого распространения в России5.

Некоторые характеристики реформисткой общины

Реформистские общины в Москве и Петербурге в 2014 г. насчи­тывали 240 и 200 членов (таким образом, генеральная совокупность моей выборки — 50 респондентов — вполне репрезентативна). Неко­торые люди, не являясь членами общины, более или менее регулярно посещали синагогу, особенно по субботам и праздникам. Мужчины составили 40 % респондентов, женщины — 60 %.

12 % опрошенных имели среднее и среднее специальное образова­ние; 24 % на момент опроса были студентами; 58 % имели высшее об­разование; у 4 % была степень кандидата или доктор наук. В целом об­разовательный уровень последователей реформизма выше, чем среди российских евреев (но результатам моих исследований, проведенных в 2007-2012 гг., среди российских евреев людей с высшим и неокон­ченным высшим образованием было 60,9 %).

58 % респондентов на момент опроса имели постоянную работу, 10 % — временную, 2 % были безработными и только 2 % — пенсионе­рами (24 %, как уже было сказано, учились в вузах). Соответственно, среди реформистов много молодежи и людей среднего возраста. Это сильно выделяет их на общем фоне российского еврейства (в котором высока доля людей старших возрастных когорт). Структура занято­сти и возрастная структура последователей прогрессивного иудаизма также резко отличается от таковых у последователей ортодоксального иудаизма, точнее, от клиентов благотворительных организаций, нахо­дящихся «в ведении» Хабад Любавич6.

Поскольку доля работоспособных людей в реформистской общи­не велика, то неудивительно, что 62 % опрошенных оценили уровень своего дохода как средний; 14 % — выше среднего и высокий; только 20 % — как низкий и очень низкий.

Согласно моему опросу, проведенному в 2007-2012 гг. среди рос­сийских евреев, в том числе в малых и средних городах, реформист­скому иудаизму отдавали предпочтение почти 16 % людей еврейского происхождения, что ненамного меньше, чем предпочтение ортодок­сального иудаизма (включая хасидизм) — 20,2 %. Чаще реформизм предпочитали молодые люди в возрасте 16-19 лет (25 %). Из всех опрошенных, отдавших предпочтение реформистскому иудаизму, люди в возрасте от 16 до 34 лет составляют почти 53 %. Однако, нужно отметить, что около 35 % всех опрошенных не знают, чем отличаются друг от друга различные направления в иудаизме.

На вопрос, чем реформистский иудаизм привлекателен, многие ре­спонденты ответили, что это течение наиболее интеллектуально, при этом в разных группах — полностью евреев, евреев наполовину (по материнской и по отцовской линии), евреев на % — было по 16-17 %.

Например, Игорь, 26 лет, образование высшее, инженер (отец ев­рей, мать русская), говорил (Москва, 2013):

«Трудно так сказать. Наверное, общение с раввином. Это возмож­ность рассуждать…. Мне нравится, что тут нет назидательности, нра­воучений, что нужно думать и действовать».

Еще больше опрошенных ответили, что реформизм менее догмати­чен, чем другие течения в иудаизме (по 20 % людей полностью и напо­ловину евреев по обеим линиям). В интервью люди часто указывали, что реформизм удобнее в современных условиях в нееврейском окру­жении, хотя и подчеркивали, что предписания иудаизма соблюдают.

Так, Павел, 26 лет, образование высшее, архитектор (дед по мате­ринской линии — еврей), рассказывал (Москва, 2013):

«Тут ( в реформистской общине -Е.Н.-Ш.) мы соблюдаем все. Но без фанатизма, понимаете. Трудно ведь тут, в России кашрут соблюдать…».

Тем, кто является евреями на четверть или имеет более отдален­ные еврейские корни, нравится философия реформистского иудаизма и отношение к женщине. Женщины с гордостью отмечают, что могут сидеть вместе с мужчинами в синагоге, носить талит и кипу, быть вы­званы к Торе и т. д.

Игорь, 28 лет, образование высшее, менеджер, (дед но материнской линии — еврей), рассказывал: (Москва, 2014):

«Да. Я еще со школьных лет увлекался философией… У евреев это немного иначе, и это меня заинтересовало, тем более, у меня еврей­ские корни…. Поэтому я здесь, в реформизме. Почему выбрал рефор­мизм? С моей точки зрения, это самая либеральная ветвь и доступная лично для меня».

Информанты, особенно негалахические евреи, подчеркивали, что реформистский иудаизм более открыт для них. В целом, это подчерки­вают многие информанты, реформистский иудаизм в России претенду­ет на особую интеллектуальность, а также следование веяниям жизни.

Реформистский консерватизм

Реформистский иудаизм в России имеет свои особенности: у него более консервативный характер, чем за рубежом. В определенной степени такой консерватизм объясняется некоторыми «перегиба­ми», допущенными руководством реформистского иудаизма в нача­ле 2000-х гг. (например, назначение женщин-раввинов, «лесбийская хупа» и др., что было крайне негативно воспринято даже в реформист­ских кругах). В результате реформисты в России более «консерватив­ны» в обрядовой практике, чем за рубежом.

Так, рав Александр говорил (Москва, 2014):

«По сравнению с американцами, по крайней мере, с общиной, мы более консервативны в силу менталитета, в силу российского мента­литета. Мы живём в очень консервативном обществе. Соответственно у нас странность вот такая, сторона обрядовая, в том числе галахиче- ская, она больше, несмотря на то, что мы признаёмся реформистами и в то же время, например, консерваторы по обрезанию».

В результате обряд обрезания совершает значительная часть муж­чин (на этот вопрос отвечали и те, кто не является членом общины, но регулярно посещает общинные мероприятия).

Совершали ли Вы обряд обрезания? Возраст
19-24 25-34 35-54 55-64 65 и старше Всего
«Да» (%) 8,3 16,7 58,3 0 16,7 100,0
«Нет» (%) 33,3 16,7 33,3 16,7 0 100,0
Доля в выборке (%) 16,7 16,7 50,0 5,6 11,1 100,0

 

Что касается соблюдения кашрута, то в реформистских общинах, по утверждению их членов, соблюдается Kosher style, т. е. ряд основ­ных предписаний иудаизма. Довольно характерны слова архитектора Павла (фрагмент из его интервью цитировался выше):

«Я принимаю пищу отдельно мясную, отдельно молочную, я не ем свинину, не ем морских гадов. Но для меня нет принципиального зна­чения, в какой посуде что-то приготовлено, или на каком-то продукте нет печати кошера, то есть у меня не строгий кашрут».

Реформистский иудаизм в России, на первый взгляд, напоминает российский же вариант гражданской/светской религии, в данном слу­чае «светского иудаизма». Само понятие «гражданская религия» во второй половине XX в. получило широкое распространение в социо­логии и антропологии религии. Под ним понимали своего рода устой­чивый «набор» религиозных и светских символов и ценностей, вы­соко ценимых в конкретном сообществе7. Отмечалось также, что это по существу светское мировоззрение, своего рода паллиатив обычной религии. За рубежом, особенно в США, выработан и своеобразный «светский иудаизм», в основе которого лежит ряд почитаемых аме­риканскими евреями ценностей и ритуалов (Тора, суббота, Холокост, Государство Израиль и некоторые другие). В России в последние два десятилетия в рамках различных светских еврейских организаций также создается российский вариант «светского иудаизма», отличи­тельные черты которого — почтительное отношение к субботе и не­которым еврейским праздникам, «частичный кашрут», Государство Израиль и некоторые другие символы8.

Однако реформистский иудаизм — не квазирелигия. Его последо­ватели верят в Бога (практически все опрошенные) и стремятся со­блюдать предписанные раввинами, а не выбранные ими самими риту­алы и правила.

Итак, большинство последователей реформистского иудаизма проживает в больших городах (в основном в Москве и Петербурге), среди них много молодежи и людей среднего возраста, они не воспи­тывались в традиционной еврейской среде, где сохранялись бы эле­менты традиционной еврейской (восточноашкеназской) культуры. Как правило, они росли в безрелигиозной среде, имели смутное пред­ставление об иудаизме и его предписаниях.

Выбор в пользу реформистского иудаизма часто совершался как попытка построить или, точнее, поддержать свою новую, пока еще неустойчивую еврейскую самоидентификацию. Эту самоиденти­фикацию в последнюю четверть века стремятся создать различные еврейские структуры, возникшие в России в рамках «еврейского ре­нессанса». Поэтому реформистский иудаизм в России сосуществует с несколькими другими проектами — религиозными и светскими, ин­ституционально оформленными или неформальными (ортодоксаль­ный иудаизм, светская еврейская идентичность и др.). Таким образом, людям еврейского происхождения в России предоставляется выбор, своего рода модель «шведского стола», откуда они могут «набирать» наиболее понравившиеся им «ингредиенты». Реформистский иуда­изм является одним из них и, будучи модернизированным вариантом иудаизма, сохраняет привлекательность для определенной части рос­сийского еврейства.

Примечания

‘ Meyer М. A. The German Model of Religious Reform and Russian Jewry // Danzig be­tween East and West: Aspects of Modem Jewish History / Ed. I. Twersky. Cambridge, Mass. : Harvard University Press, 1985. P. 67-85.

2 Подробнее о реформистском течении в Российской империи см.: Тарнополь И. Опыт современной и осмотрительной реформы в области иудаизма. 1868 // Аль­манах «Мория», 2005: [Электронный ресурс]. URL: http://www.moria.hutl.ru/ru/ almanah_04/01_10.htm (дата обращения 17.02.2016) (Официальный сайт одесской общественной организации «Общинный дом еврейских знаний МОРИЯ»); Цип- перштейн С. Евреи Одессы. История культуры. 1794-1881. М. : Мосты культуры; Иерусалим : Гешарим, 1995; Котляр Г. От религиозных реформ к сионизму. Ре­форма в иудаизме в Польше и Российской империи XIX-го – начала ХХ-го веков: [Электронный ресурс]. URL: http://berkovich-zametki.com/2007/Starina/Nomer5/ Kotljarl.htm (дата обращения 17.02.2016).

3 Козлов С. Я. Московские евреи в конце XX – начале XXI в.: от деэтнизации к реэтни- зации (реалии, проблемы, перспективы), 2010 (рукопись). Автор статьи выражает глубокую благодарность к. и. н. Семену Яковлевичу Козлову, предоставившему эту рукопись в его распоряжение.

4 Носенко-Штейн Е. Э. «Передайте об этом детям вашим, а их дети следующему роду». Культурная память у российских евреев в наши дни. М. : МБА, 2013. С. 37.

5 Подробнее см.: Носенко-Штейн Е. Э. Реформистский иудаизм в России: конструи­рование «нового еврея // Вестник российской нации. 2015. № 5.

6 Носенко-Штейн Е. Э. «Передайте об этом детям вашим…». С. 298, 640.

1 Bellah R. N. “Civil Religion in America” // Deadalus (Winter) 2967:1—21; Liebman Ch. S., Don Yehiva F. Civil Religion in Israel: Traditional Judaism and Political Culture in the Jewish State. Berkeley : University of California Press, 1983. 306 p.; Woocher J. S. Sa­cred Survival. Religion of American Jews. Indianapolis: Indiana University Press, 1986; Shain М., Fishma Sh., Wright G., Hecht Sh, Saxe L. DIY Judaism: How Contemporary Jewish Young Adults Express their Jewish Identity // Jewish Journal of Sociology. Vol. 55. No. 1. 2013. P. 3-25.

8 Подробнее о «светском иудаизме» в России см.: Носенко-Штейн Е. «Светский иу­даизм» в России: изобретенная реальность? // Научные труды по иудаике. Мате­риалы XVII Международной конференции по иудаике. М. : 2010. Т. 1. С. 244-253; Носенко Е. Иудаизм, христианство или «светская религия»? Выбор современных Российских евреев // Диаспоры / Diasporas. 2009. № 2. С. 6-40.